Если верить европейским исследованиям, на Мальте большинство людей считают себя счастливыми.

Сами мальтийцы объясняют это климатом — много тепла и солнца, неутихающий ветер с моря, — а также генетической незлобивостью, давней привьикой жить в ладу с собой и с другими.

Мальтийский характер лепился тысячи лет множеством обстоятельств: страна, расположенная на пересечении морских путей из Европы в Азию и Африку, всегда привлекала завоевателей.

Сначала архипелаг колонизировали финикийцы и древние греки (которые, по одной из версий, и назвали его Мелите — «остров сладкого меда»), а потом попеременно захватывали карфагеняне, римляне, византийцы, норманны и испанцы. Кроме того, находясь между двумя континентами, республика работает перевалочным пунктом для нелегальньк мигрантов, которые, попав на Мальту, нередко здесь и остаются.

Добавьте к этому британцев и немцев, давно и успешно освоивших мальтийский рынок недвижимости, и получите сле-дуюгцую статистику: пятая часть браков в стране заключается между мальтийцами и гражданами других государств. Но когда впервые смотришь с моря на Валлетту, столицу Мальты, видишь совсем другое — суровую неприступную крепость с толстыми стенами, башни с темным прищуром бойниц. И много-много камня в оспинах от пушечных ядер и картечи.

Выглядит неприступным фортом и главная достопримечательность города и страны — собор Святого Иоанна, построенный мальтийскими рыцарями почти пятьсот лет назад. Его проектировал военный архитектор, занимавшийся мальтийскими фортификациями по заказу госпитальеров, — отсюда простота и строгость отделки. Близость собора, как колодное дыхание, ощущается в кафе на одной из прилегающих к нему улиц: официант приносит кофе, который в меню назьгваегся «Глава Иоанна» и представляет собой капучино с мрачной, кроваво-красной от вишневого сиропа шапкой молочной пены. Это нехитрая отсылка к главному сокровищу собора — картине Караваджо «Усекновение главы Иоанна Крестителя», написанной им на Мальте.

Образ этого святого был Караваджо близок: за убийство человека в пьяной драке художнику вынесли смертный приговор, и в любую минуту он мог сам лишиться головы. Спасся Караваджо на Мальте, поступив в услужение к госпитальерам и обязавшись писать для них картины религиозного содержания — «Усекновение», например, было создано для примыкающего к собору здания Оратории, где мальтийские рыцари читали псалмы и посвящали новобранцев в члены ордена.

Добавить комментарий

Comment
Name*
Mail*
Website*